troika_ptah: (Default)

Продолжаю тему Иоганнеса де Фуггера-Дефука. Сегодня я хочу обратить внимание на ежегодный фестиваль, который проходит в Монтефьясконе в его честь - Fiera del vino. В этот раз я не буду прибегать к помощи профессионального переводчика с итальянского, обойдусь знанием английского и гуглтранслейтом. Так даже интереснее.

Из
итальянской википедии мы узнаём, что легендарному Дефуку в местечке посвящён целый фестиваль, проходящий ежегодно в августе: Da questa vicenda nasce il Corteo Storico falisco e viene tratta la manifestazione “Fiera del Vino”, che si svolge ogni anno nel mese di agosto. Cобытие названо весьма просто, без изысков - Fiera del Vino (ярмарка/фестиваль вина).
Read more... )
troika_ptah: (Default)

Заключительная часть перевода статьи Claus Riessner. Viaggiatori tedeschi a Montefiascone e l'origine della leggenda dell'Est, Est, Est. In: Biblioteca e societa` 4, 3-4 (1982), pp. 1-14. Начало здесь.

Клаус Рисснер. Немецкие путешественники в Монтефьясконе и происхождение легенды о надписи «Est, Est, Est» (перевод Светозара Лашина aka
[info]niekas33 ).

Завершая этот небольшой обзор различных иностранных (но не немецких) версий, прочитаем свидетельство Франсуа Максимилиана Миссона, француза, по политическим мотивам переселившегося в Англию, датируемое 1688 годом:

«Сomme nous arrivions a Montefiascone, qui est une petite ville sur un chasteau à huit milles de Viterbe, la enfans sont venus au devant de nous, nous demander si nous voulions voir l’Est, Est, Est. L’histoire ne vous sera peut-estre pas nouvelle, mais je ne laisseray pas de vous la faire à tout hasard. Un Gentilhomme Allemand qui voyageoit en Italie, ou peut-estre un Abbé ou un Evesque, comme vous le remaquerez tout à l’heure, donnoit ordre, dit la tradition, à un Valet qu’il envoyoit toujours devant luy, de gouster le vin dans tous les cabarets qui se trouvoient sur la route, et de marquer celuy qui estoit le meilleur, en écrivant le mot d’Est sur la porte. Le moscatello de Montefiascone, s’estant trouvé fort au goust du valet, il en fit l’éloge en triplant l’Est: Et le maistre en beut tant, qu’il en tomba malade dans le lieu mesme, et qu’il en mourut. Nous avons donc este voir sa tombe plate, dans l’Eglise de S. Flavien, à deux cens pas de la ville. Le défunt y est représenté ayant la mitre en teste, et de chaque costé, deux ecussons de ses armes, et deux verres à boire. A sa pieds est écrit en lettres usées et demi-Gothiques; Est, Est, Est, propt. nimium Est, Jo. de Fuc. D. meus mortuus est. C’est, comme vous voyez, l’epitaphe que luy fit son valet. J’ay veû cette inscription rapportée en trois ou quatre endroits, et je n’ay pas trouvé qu’aucun la donne précisément comme elle est»(23).

[«Когда мы прибыли в Монтефьясконе, маленькую деревню в восьми милях от Витербо, к нам подошли дети и спросили, хотим ли мы увидеть Est, Est, Est. История, возможно, не будет для вас новой, но я не стану рисковать. Предание гласит: немецкий джентльмен, ездивший по Италии, или возможно аббат или епископ, как вы скоро заметите, давал своему слуге приказание слуге ехать впереди него и пробовать вино во всех кабаках, что попадались на пути, а самый лучший отмечать словом Est на дверях. Мускатное вино Монтефьясконе пришлось слуге очень по вкусу, и он восхвалил его, написав Est трижды. И хозяин его выпил столько, что тут же на месте захворал и вскоре умер. И вот, мы посмотрели на могильную плиту в церкви святого Флавиана, в двух сотнях шагов от города. Покойник был представлен на нём с митрой на голове и с двумя гербами и двумя бокалами с обеих сторон. У его ног написано стёртыми полуготическими буквами: Est, Est, Est, propt. nimium Est, Jo. de Fuc. D. meus mortuus est [Est, Est, Est, из-за премногих Est Jo. de Fuc., хозяин мой, почил.] Это, как видите, эпитафия, сделанная его слугой. Я встречал сообщения об этой надписи три или четыре раза и ни разу не видел, чтобы кто-то передал её в точности».]

Являясь пока что самой подробной версией истории (помимо версии англичанина Ласселса), она также впервые содержит почти полный текст надгробной надписи, проверенный, по утверждению автора, непосредственно на месте. И всё же здесь присутствует ошибка, скопированная позднее многими другими и дожившая до наших дней: имя прелата было им ошибочно прочитано как (Johannes) de Fuc., а позднее в одном документе интерпретировано как Fucris, откуда возникает ошибочный вывод, что речь идёт о члене знаменитой немецкой аристократической семьи Фуггеров из Аугсбурга. И действительно, мы находим преобразование имени в Foucher в одном описании поездки, изданном на немецком языке в 1701 году, анонимный автор которой пересказывает историю в сходной форме, очевидно, переведя её с французского оригинала и не сославшись на него, но со следующим важным добавлением в конце:

«Man sagt auch, er habe bey seinem Absterben befohlen, dass man den Tag seines Tods jährlich fevern, und etliche Flaschen von Muscatellerwein auf sein Grabe giessen solte, welches auch eine zeitlang also geschehen ist; Doch numehro werden die Flaschen mit Wein den Armen, auf seinem Grabe aussgetheilet, welche selbige sonder Zweiffel auf seine Gedächtnüss austrincken und nachmahls vor seine Seele im Fegfeuer beten»(24).

[«Говорят также, что умирая, он велел отмечать день его смерти каждый год и проливать на его могиле несколько бутылок мускатного вина, что некоторое время и происходило; однако ныне бутылки с вином раздают на его могиле нищим, которые выпивают их сами, без сомнения, за его память, после чего молятся за его душу в чистилище».]

Итак, мы впервые встречаем упоминание о распоряжении прелата перед смертью проливать раз в год «несколько бутылок мускатного вина над его могилой»; в течение некоторого времени это выполнялось, но теперь вино раздаётся нищим, чтобы они могли выпить за его память и помолиться за его душу в чистилище.

Рис. 2. Участок изображения «прелата» из Монтефьясконе, на котором ясно различимы три закруглённых отростка, сделанных, вероятно, из складок некоторого иного головного убора, изначально имевшего сходство с головным убором на рис. 5 и 6.

Рис. 3. Мемориальная надпись Est, Est, Est на маленькой прямоугольной плите, добавленная к могильной плите «прелата» после того, как надпись на последней стала совершенно нечитаемой.

Как мы видим, наша история разрослась за XVII век, переходя из уст в уста, превратившись фактически в легенду. Это подтверждается сообщением о поездке в Италию, в Неаполь, начатой в конце 1699 года ландграфом гессенским Карлом. В Кассель он возвращается первого апреля 1700 г.(25). Согласно рассказу Иоганна Бальтазара Клауте, которому было поручено вести путевой дневник, кортеж графа выехал из Рима первого марта 1700 года на север и проехал через Монтефьясконе, где все прежде всего любовались «на плодороднейший холм, простирающийся до глубокой долины и покрытый тысячами миндальных деревьев». Помимо этого, продолжает он свой рассказ, «здесь нет ничего примечательного, однако я вошёл в церковь святого Флавиана, стоящую в открытом поле, чтобы рассмотреть „рыцарскую могилу“, где погребён тот, кто умер, выпив слишком много». Следует пересказ истории, начинающийся точным описанием могильного камня — впервые среди известных нам немецкоязычных источников — с подробностями, ранее не зафиксированными никем:

Moar? )
troika_ptah: (Default)

Выполняю своё
обещание данное уважаемому [info]alexy7742  и выкладываю перевод научной статьи о средневековой легенде об Est, Est, Est. В жж публикую частями, в связи с ограничением на объём поста. Полную версию перевода можно скачать в формате pdf.

Claus Riessner. Viaggiatori tedeschi a Montefiascone e l'origine della leggenda dell'Est, Est, Est. In: Biblioteca e societa` 4, 3-4 (1982), pp. 1-14.

Клаус Рисснер. Немецкие путешественники в Монтефьясконе и происхождение легенды о надписи «Est, Est, Est»
(перевод Светозара Лашина aka
[info]niekas33 ).

В монументальной работе «Иллюстрированная Италия», впервые изданной в Риме в 1474 году, Флавио Бьондо(1) лишь коротко описывает положение Монтефьясконе «в горах после крутого подъёма» и не даёт никаких исторических справок, лишь уточняя, что место, именуемое им «Mons Faliscorum», ныне «искажённо называют Монс Фласконус» («corrupte dictus Mons Flasconus»). В конце ХV века рыцарь Арнольд фон Харфф, один из многочисленных немецких путешественников того времени, о котором мы располагаем более точными сведениями(2), отправившийся в паломничество из Кёльна сначала в Рим, а после — на святую землю, записывает, минуя Монтефьясконе, что «крепость находится высоко в горах», не упоминая ни какой-либо церкви, ни храма, хотя чуть выше он делает это для Больсены и сразу после — для Витербо. Кроме того, на подходе к этому городу, двигаясь по «прекрасной равнине, где паслось множество овец», он отмечал «сернистый дым», что, очевидно, относилось к водам Буликаме(3). Может показаться странным, что этот осторожный немецкий путешественник, находя в коротких записях своего дневника место для таких сведений, которые обычно остаются за пределами интересов паломника, не заметил в Монтефьясконе церкви святого Флавиана, где можно было посмотреть на могильный камень немецкого прелата (по крайней мере, так утверждают более поздние источники) и, вероятно, также услышать занимательную историю о надписи Est, Est, Est, о которой мы расскажем ниже.

Рис. 1. Изображение лежащего «прелата» из легенды об Est, Est, Est в современном состоянии на могильной плите в церкви святого Флавиана в Монтефьясконе (фотография любезно предоставлена Дж. Брекколой из Монтефьясконе). По левую и правую стороны от головы, под гербами, ясно различимы две чаши или бокала, сделанные из кисточек и участков подушки, на которой первоначально покоилась голова. Также была изменена форма облачения: теперь оно покрывает также кисти рук и ступни, подобно епископской ризе и с характерными для неё складками (ср. рис. 4). То, что вначале кажется рядом пуговиц, в реальности представляет собой древний орнамент в форме буквы Т (так называемый тау-крест, crux commissa), начинающийся на груди. На изображении также можно увидеть исходное положение предплечий и скрещённых рук. Они были впоследствии удалены скульптором-дилетантом с целью сымитировать одеяние в вертикальную полоску, однако странные складки в центральной части показывают, что первоначально там находилась правая рука.
(Снимок фотостудии Джанкарло Брекколы, Монтефьясконе)

Так или иначе, мы убеждены, что эта роскошная романская церковь — как и легенда о мученике, которому она обязана своим именем — не могла уйти от внимания паломника, проезжающего по Кассиевой дороге, — а только по ней можно было попасть в Рим из Флоренции. Об этом свидетельствует среди прочих испанский путешественник Диего Лопес де Естуньига в рассказе о своей поездке, начатой в испанском городе Картахена в октябре 1520 и законченной в Риме около четырёх месяцев спустя(4). Он тоже в нескольких словах описывает местоположение Монтефьясконе как «города на поистине знатной высоте» («oppidum quidem nobile loco edito»), добавляя затем краткие сведения о почитании святых мучеников Маргариты и Флавиана, которым посвящены две главные церкви города. При описании Больсены он аналогичным образом рассказывал о страданиях св. Кристины, но ещё более детально его описание Витербо, содержащее разные исторические сведения, в которых сильнее проявляется его гуманистический интерес, нежели религиозный. При этом не похоже, чтобы и он что-то слышал про историю о прелате и его могиле. А полтора десятилетия спустя другой немецкий путешественник, известный правовед Иоганн Фихард, прибывает в Рим, откуда отправляется в путь на север, по Кассиевой дороге(5). В своём дневнике он цитирует лишь имена двух городов — «Viterbium» и «Monteflascone» — и сообщает дистанцию, отделяющую их от ближайшей почтовой станции; на этом всё. Однако в Рончильоне он восторгается красотой пейзажа («Roncilium... Mire humiliter inter montes situm» [«Ронцилиум... удивительно скромно помещённый среди гор»]), а в Больсене впечатляется колыханием озёрных волн, подобных морским (mi lacus Borsenàe [sic!] amplissimus vecturas interdum instar maris agit [«Где озеро Борсенское шире всего, колыхания иногда морским подобны»]). О храме св. Кристины, как и об отменном вине, делаемом из произрастающего в округе винограда, он не упоминает.

Read more... )
продолжение
troika_ptah: (Default)
Начало здесь.

Три дня Фуггер не выходил из харчевни. Он даже не вставал из-за стола. Потребление Бога - самый сладостный дискурс. Он никогда не наскучит. Однако дела Церкви требовали немедленного присутствия епископа в Риме. Фуггер захватил с собой такое количество Бога, которое мог увезти, и отправился в путь. Следующий месяц Иоганнес ди Фуггер пребывал в состоянии раздвоенности. Телом - на коронационных мероприятиях, выполняя необходимые рутинные процедуры, общаясь с коллегами, немного даже интригуя по инерции. Мыслями же он оставался с Богом в бочке обычной харчевни маленькой итальянской коммуны. Лучшее итальянское вино в лучших заведениях Рима оставляло его равнодушным, юные мальчики не радовали, культурные изыски не прельщали. Но всё рано или поздно проходит, прошло и это. О, наконец настал этот сладостный миг возвращения в Монтефьясконе.

Иоганнес не допускал даже мысли о возвращении на родину в Германию. Он остался навсегда в Монтефьясконе, где обрёл радость ежедневной внехрамовой литургии. Воистину, Царствие Божие внутри нас, и Фуггер был буквальным воплощением этого тезиса. Но мыслимое ли это дело для смертного - вместить в себя Бога? Конечно нет. И Фуггер не вместил. А кто бы смог? Слаб человек и несовершенен, не может объять необъятное. Неумеренное потребление Бога пагубно отразилось на здоровье епископа. В сентябре 1113 года трансцендентное излилось бурным потоком в имманентное, и бренное тело Фуггера обратилось в прах.

Епископа Иоганнеса ди Фуггера похоронили в церкви Сан Флавиано. Верный Мартин самолично сочинил эпитафию своему господину:

EST EST EST PROPTER NIMIUM EST HIC IOANNES DEVC DOMINUS MEUS MORTUS EST
(невнимательные средневековые путешественники обычно передавали эту надпись на надгробном камне в следующей сокращённо-искажённой форме: Propter Est Est dominus meus mortuus est)

Иоганнес предвидел такой поворот событий и хорошо к нему подготовился. Фуггер был богат и хотел, чтобы его состояние приносило ему пользу и после смерти. Кто говорит, что деньги нельзя забрать с собой в могилу? Очень даже можно. Но Фуггер хотел большего. Он хотел потреблять Бога телесно и после смерти. Кто знает сколько осталось до воскрешения умерших и Страшного Суда? Душа не пьёт, а тело разложилось. Временность этого состояния утешала Иоганнеса, но только отчасти. Вмещавший Бога не хотел расставаться с Ним и на миг. Фуггер пожертвовал муниципалитету всё своё немалое состояние - 24 тысячи скуди только с одним условием: раз в год бочонок его любимого вина должен был выливаться на могилу епископа, чтобы и после смерти его тело "могло продолжать впитывать эту вкусную жидкость".

Этот пункт завещания свято соблюдался более шести веков. Ежегодно в день годовщины смерти епископа в церкви на его могилу выливался бочонок вина, которое получило уже к тому времени название "EST! EST!! EST!!!" И только в начале XVIII века иудушка-кардинал Джованни Франческо Барбариго поистине по-варварски запретил эту "языческую" традицию. Бочку вина он повелел отправлять будущим священникам в семинарию Монтефьясконе.

И по сию пору тело Фуггера не получает положенной ему бочки вина, которую выпивают наглые семинаристы. Может быть пришло уже время поставить на место муниципалитет Монтефьясконе, отобрать у студиозусов Святую Бочку и вернуть её Иоганнесу ди Фуггеру?

P.S. Полную версию легенды об Иоганнесе ди Фуггере читайте здесь:
Claus Riessner
Viaggiatori tedeschi a Montefiascone e l'origine della leggenda dell'Est, Est, Est. In: Biblioteca e societa` 4, 3-4 (1982), pp. 1-14.
troika_ptah: (Default)

Иоганнес ди Фуггер ещё в юности определил для себя, что Бог находится в бочке, из которой нужно постоянно отхлёбывать. Но найти эту бочку не мог. Нельзя сказать, что он вообще ничего не знал об этой бочке и её явленном посюстороннем содержимом. Кое-что знал. Например, что в бочке находится белое вино, и что оно исключительно приятно на вкус. Иоганнес также считал, что сможет распознать Бога, отхлебнув из этой бочки. Поэтому всю свою жизнь он посвятил поискам. Неведомая Бочка стала для него Святым Граалем. Нам не совсем понятно, почему Фуггера не удовлетворяло таинство Евхаристии, пресуществлявшее простое красное вино в Истинную Кровь Божию. Возможно потому, что он не любил красного вина и полагал, что Бог может подлинно проявить Себя только в белом? Свои мысли на этот счёт он не поверял никому, и это неудивительно, поскольку Фуггер был христианским епископом, а с еретиками в Германии XI-XII веков поступали весьма сурово. Он просто искал. Но искал не один. У Иоганнеса был специально обученный слуга - Мартин, натренированный на дегустацию белого вина. Иоганнес и ему не поверял своей мечты, но доверял проводить первоначальный отбор. Мартин без проблем отличал хорошее белое вино от плохого, а только это от него и требовалось. Бог точно не мог явить себя в кислой бурде.

Когда в 1110 году епископ Иоганнес ди Фуггер отправился из родного Аугсбурга в Рим на коронацию императора Священной Римской Империи Генриха V, он понимал, что это возможно его последний шанс найти заветную бочку. Верный Мартин рыскал впереди, в двух-трёх дневных переходах, обследуя каждый город, каждую деревню на предмет виноторговых точек. Слуга-дегустатор передавал разведданные Иоганнесу условным шифром, отмечая потенциально интересные заведения знаком "EST", начертанным мелом на дверях. EST в данном случае означало отсылку к латинскому выражению Nihil est in intellectu, quod non fuerit in sensu, nisi intellectus ipse - "нет ничего в сознании, чего бы не было раньше в ощущениях, кроме самого сознания". Сознание Фуггера жаждало быть омытым Божественной спиритической жидкостью, но чувства её не поставляли.

Месяц за месяцем продвигался епископ к Риму, скрупулезно открывая каждую дверь с надписью EST, но не находил за ними ничего кроме обычного вина и снеди. Другой бы на его месте давно впал в отчаяние, принялся посыпать голову пеплом, рвать волосы на теле и кричать: "Несть Бога на земле, несть; смерть - одно спасенье, смерть", но не таков был наш епископ. Нет, Иоганнес смиренно вкушал всё, посланное ему Богом, в этом лучшем из миров. Вино было вкусным, а еда достойной, луна безмятежно отражалась в водоёмах. Ди Фуггеру была неприятна мысль о грядущей встрече с враждебным церкви Генрихом V, терроризировавшим в это время Италию со своим 30-тысячным войском, но больше его беспокоили результаты Поиска. Не может такого быть, чтобы в вотчине Святой Церкви не было Святой Бочки: "Если не здесь, то нигде", - решил он для себя.

Но Господь услышал его. Он явил ему чудо, когда Иоганнес уже почти завершил свой путь, в 60 милях от Рима, в местечке Монтефьясконе. Сначала он узрел начертанные Мартином знаки "EST! EST!! EST!!!" на двери постоялого двора, и сердце его забилось от волнения. "Mundus hic est quam optimus!", - вскричал Фуггер, перекрестился и вбежал внутрь. А там его уже ждал Бог. Как и предполагал Иоганнес, Господь находился в бочке белого вина, он понял это по первому глотку. В этом не было никаких сомнений. Чувства и разум, дух и душа Фуггера слились в одно целое. Не было более никакой двойственности, исчезли бессмысленные субъект-объектные различения, пришли покой и умиротворение. "Est, est, est...", - в экстазе мистического слияния с Единым твердил Фуггер. Он понял, что знак EST вовсе не отсылал его к латинской премудрости, а был просто EST - чистый и незамутнённый, ни на что не указывающий, ничего не значащий, ни к чему не отсылающий. "По улице идёт девушка, она младшая или старшая сестра?", - громким голосом вдруг возопил епископ на всю харчевню. Но тут же ответил сам себе: "Истина в том, что повторено трижды подряд".

Продолжение следует...

Profile

troika_ptah: (Default)
troika_ptah

December 2013

S M T W T F S
1234567
891011 121314
1516171819 2021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 12:44 pm
Powered by Dreamwidth Studios